Наталья Лигачева: «Критика — это своего рода пинг-понг»

Фото Олександри Чернової

В 2001 году Наталья Лигачева, известная украинской аудитории по телевизионным обзорам в газете «День», основала при поддержке Фонда развития СМИ Посольства США в Украине свой проект — сайт «Телекритика». Поначалу это был проект общественной организации «Интерньюз-Украина», а в 2004 году была создана и ОО «Телекритика», главой правления которой все эти годы является госпожа Лигачева.

За 14 лет сайт «Телекритика» превратился в портал, собравший группу изданий на разнообразные темы — от медиаграмотности до телевизионных технологий, от общественного вещания до медиатаблоида «Дуся».

Однако в конце 2015-го команда Натальи Лигачевой покинула портал «Телекритика» и теперь готовится к запуску нового проекта. Выступая в Школе журналистики Украинского католического университета, основательница украинской медиакритики говорила о том, как добиться убедительности и влиятельности, рассказала о проблемах отечественной журналистики и о том, как будет выглядеть «Детектор медиа».

Медиакритика как жанр

Медиакритика, телекритика — это жанр на стыке аналитики и публицистики.

То, чем, в основном, занималась я как телекритик, ближе к публицистике. Я так и подчеркивала всегда: мои статьи — это не «производственная летучка», не разбор только профессиональных качеств телепродукта. Для меня телекритика была и есть прежде всего возможностью высказаться о важных общественных проблемах, но не через подачу и анализ непосредственной реальности, а через оценку ее отражения и интерпретации создателями медиапродукта.

Существуют и другие жанры медиакритики — обзор, мониторинги и так далее. В них может быть менее выражена позиция самого автора текста, может быть меньше общественно-политического контекста, больше внимания может уделяться именно узкопрофессиональным критериям, использоваться больше приемов сугубо аналитики и так далее.

Но в любом случае телекритика — это журналистика мнения. А «телекритическая публицистика», как я называют то, чем занимаюсь я, — это еще и журналистика четкой авторской позиции. При этом я пишу с намерением повлиять не только на работу тех, чей продукт оцениваю, но и повлиять на общественное мнение, на оценку медиапродукта читателями моих текстов.

Есть различия, пишешь ли ты, адресуясь сугубо профессиональной аудитории (то есть создателям медийного продукта), или же для более широкой. Мне всегда было интереснее работать с точки зрения «продвинутого зрителя» и для «продвинутого зрителя».

В подобных текстах, которые должны «зацепить» широкую аудиторию, обязательными, с моей точки зрения, должны быть три компонента: сильная авторская эмоция, однозначная позиция и ограниченное количество месседжей.

1. Эмоция. «Не могу молчать» — идеальный настрой для написания колонки. Когда вы сами чем-то искренне потрясены, возмущены или восхищены — это будет иметь воздействие и на читателя. Понятно, что если вы пишете колонки медиакритики еженедельно, то далеко не всегда вы будете испытывать такие сильные чувства. Но в любом случае авторское равнодушие — враг критики. Это не значит, что вы должны всегда «бить в набат». Кстати, особенно для критика, который работает в режиме еженедельной колонки, смена интонаций в текстах — от иронии, сарказма до просто спокойного взгляда — важна, чтобы не приедаться читателю.

2. Однозначность. В критическом жанре, как, в общем-то, и в публицистике в целом, в отличие от многих других жанров журналистики, не уместна амбивалетность. У вас должна быть четкая авторская позиция, в противном случае читатель не поймёт, зачем вы вообще это писали, что же вы хотели до него донести.

3. Месседжи. В вашей колонке не должно быть написано много и обо всем, на что вы обратили внимание. Старайтесь донести минимальное количество посылов, но чётко и ясно. Враг внятного текста — слово «кстати», поскольку это всегда ответвление от главного. Избегайте его￿.

Убедительность и тональность

Важной проблемой критики как журналистики авторского мнения является убедительность. Здесь есть две разного рода проблемы.

С одной стороны, право оценивать, критиковать, как и вести собственную колонку, нужно заслужить. И здесь важным, конечно же, хотя и не абсолютным требованием, является наличие собственного опыта — скажем, для телекритика опыта работа на ТВ. С этой точки зрения мне было легче, так как я 10 лет проработала на телевидении, и в то время, когда я начала писать телекритические колонки в газете «День», на ТВ работали в основном еще те, кто знали меня как телевизионщицу. Поэтому обычного вопроса: «А что ты сама сделала на ТВ?» — мне не задавали. Однако и для самого молодого автора путь в медиакритику не закрыт — если есть к этому талант. Но все же очень хорошо при этом хотя бы немного поработать на ТВ, на новостной ленте в интернете и так далее — чтобы самому понимать процесс от «а» до «я».

Впрочем, вне зависимости от вашего возраста и опыта люди, чью работу вы оцениваете, в 90 случаях из 100 будут недовольны вашими публичными критическими оценками. Вы должны понимать это и очень тщательно относиться к аргументации своей позиции. То есть ваша субъективность должна основываться на аргументах, а не на просто «нравится — не нравится», вкусовщине. Конечно, критика — жанр стопроцентно субъективный, именно поэтому нужно приложить усилия, чтобы вашу позицию читатель принял или, во всяком случае, чтобы она его задела, вынудила отреагировать.

При этом надо понимать, что на каждый аргумент ВСЕГДА есть контраргумент. Я в связи с этим для себя выработала «правило трёх колен» — цепочку аргументов и возможных контраргументов довожу до трёх колен, но на этом останавливаюсь. Иначе текст будет бесконечным.

Что касается тональности, то я всегда говорю и тем, кто критикует, и кого критикуют, что критика — это все же всегда немножко игра, своего рода пинг-понг. Это не приговор суда. Это, скорее, дискуссия. Хотя, конечно, надо понимать, что порой твоя статья может стоить человеку немалых неприятностей и даже потери работы. Последнее случалось в истории «Телекритики».

Поэтому так важно понимать, что вы критикуете не с целью «размазать кого-то по стенке», обидеть. Вы пишете, чтобы помочь медиа, журналистам сделать продукт лучше, чтобы помочь им отстаивать свою позицию перед редакторами и топ-менеджерами, чтобы побудить собственников СМИ и топ-менеджеров к пониманию социальной миссии СМИ. Чтобы помочь аудитории отличать качественный продукт от некачественного, побудить рефлексировать, критически оценивать увиденное, прочитанное, услышанное. Думать, сравнивать, вырабатывать свою точку зрения.

Но вы не должны писать что-либо ради просто «красного словца», не должны пытаться показать себя, «ах какой я умный-красивый». У критика тоже социальная миссия — работать на общественное благо, а не сугубо ради собственной славы и карьеры. Это особенно важно помнить, поскольку общеизвестно, что чем хуже продукт, тем лучше для критика, ведь тем ярче можно сделать статью. Мы своего рода «стервятники», и надо научить себя сдерживать в желании выделиться, не заниматься злопыхательством, стремиться быть убедительно-конструктивными.

Связи, знакомства, инсайд — и медиакритика

Наличие опыта и связей в тележурналистике даёт понимание телевизионной кухни, а также авторитет, чтобы критиковать. Однако чем большее количество медийщиков вы знаете, тем сильнее знакомства начинают влиять на ваш материал: вы где-то смягчаете, где-то замалчиваете... Именно поэтому, скажем, Ирина Петровская — родоначальница жанра телекритики в постсоветской журналистике — как-то говорила, что предпочитает сводить до минимума общение с телевизионщиками, чтобы те не влияли на ее позицию.

В то же время инсайд, который вы получаете от друзей в медийной тусовке, может существенно улучшить ваш текст, дать вам возможность сделать его предельно, порой убийственно точным. Так было лично в моем опыте не раз, но особенно памятен случай 1999 года, когда в авторской группе, готовившей «ночь выборов» после второго тура президентских гонок на одном из каналов, оказалась моя близкая знакомая. А этот проект его создатели задумали якобы «максимально плюралистичным», демократичным по форме, но по сути абсолютно манипулятивным. Это достигается подбором гостей, их пар, модерацией и так далее. И вот знание того, какие именно, в каких выражениях ставились задачи творческой группе проекта, позволило мне написать об этой «ночи выборов» настолько точную статью, с таким попаданием в детали, нюансы, что тогдашний пиарщик канала только «развела руками» и сказала: «Ты написала все правильно, но я не понимаю только, зачем тебе это было надо». То есть им нечем было крыть. Конечно, и без этого инсайда я бы отметила важные манипулятивные моменты шоу, но именно попадание в детали и придало особую убедительность тексту.

Так что нет однозначности в том, полезно или нет медиакритику «быть своим» среди тех, о ком он пишет. Но надо уметь абстрагироваться в те моменты, когда идет речь о принципиальных вещах, и поступать уж тогда исключительно согласно своему социальному долгу, «по гамбургскому счету».

Критика теленовостей

Критика разных форматов имеет множество специфических особенностей и приемов. Возьмем для примера, скажем, теленовости. Кроме мониторингов новостей, «Телекритика», и долгое время я в частности, публиковала публицистические тексты о новостях.

Если вы анализируете выпуски новостей разных каналов, кроме соблюдения журналистских стандартов, наличия манипуляций, распознавания акцентов в интересах собственников каналов и так далее, можно и нужно:

  • прежде всего исходить из того, о чем на заре своей карьеры в журналистике любил говорить (цитируя чье-то высказывание) Николай Княжицкий: «Новости — это то, что кто-то хотел бы скрыть. Все остальное — пиар». Такой подход существенно поменяет ваш подход к увиденному на наших экранах;
  • помнить, что новости — это нечто новое и важное для аудитории, для ее понимания реальности и осознанного выбора. То есть важное, а не просто интересное. Если просто интересное — то это вот те самые «новости для барбоса». Модная, увы, и на Западе «шоуизация» новостей;
  • новости не должны состоять исключительно из сообщений о чьих-то заявлениях, мнениях. Основа новостей — факты, а не их интерпретация кем-то. То есть комментируем изображение, а не иллюстрируем комментарий. Кстати, в этом одно из главных отличий подхода к производству новостей, даже до нашего времени, в Украине и в западной журналистике. Там сначала монтируют видео, а потом пишут под него текст. У нас же чаще всего сначала журналист пишет текст, а затем под него монтируют видео;
  • точно так же в западной новостной журналистике, в той, по крайней мере, в которой соблюдаются стандарты, не допускается искажение последовательности событий при монтаже репортажей. И уж тем более — введение в репортаж отсутствующих в момент съемок элементов. У нас это общепринятая практика, вплоть до использования фрагментов из мультфильмов или художественных фильмов. Все это — субъективизация подачи информации, ее толкование, обычно манипулятивное;
  • тем не менее в наше время огромного потока информации аудитории надо доносить смысл происходящего. Не манипулируя при этом — что достигается комментарованием событий независимыми экспертами, а не только их участниками. Нужно прибегать к мониторингу ситуаций, анализу контекста, мотивов участников событий, давать разные версии происходящего и так далее;
  • важно также, конечно, видеть мировой контекст новостей и как в него вводят или не вводят события в Украине наши телевизионщики. Обращать внимание на освещение в выпуске новостей региональных событий и так далее;
  • оцените также последовательность новостей в выпуске: ранжированы ли они исходя из важности или по принципу привлечения внимания, той самой «интересности»?

Можно еще продолжать и продолжать перечислять те моменты, на которые следует обращать внимание, анализируя теленовости. Их множество, и так — при критической оценке любого медийного формата.

Также я считаю, что пришло время разрабатывать новую шкалу журналистских стандартов. Это нужно и важно, потому что перед нами стоит много вызовов: военная журналистика, конфликтные темы. Они требуют новых подходов. Мир меняется, и подача новостей должна меняться вслед за ним.

Украинская медиасообщество

Журналисты — в основном пассионарии, активные члены гражданского общества. Мустафа Найем, Сергей Лещенко и другие во время Майдана стали активистами, сыграли свою важную роль и ушли в политику. Но в целом у нас в журналистике сейчас болото. Есть журналисты, совершающие подвиги в зоне боевых действий на Донбассе, но они же, возвращаясь обратно, оказываются неготовыми «воевать» с собственными менеджерами, отстаивая свою позицию.

Любой бизнесмен в любой стране стремится контролировать свое средство массовой информации и часто пытается принудить его отстаивать свои интересы. Точно так же — и политики, и власть.

Но на Западе есть механизмы отстаивания редакционной независимости СМИ. У нас их очень мало, и журналисты очень пассивны в их создании и задействовании. Вообще, наибольшая вина за происходящее нынче в эфире телеканалов лежит не на собственниках, а на менеджерах — они формируют информационную политику, часто даже просто предугадывая желания собственников, а не, напротив, отстаивая позиции независимости.

На сегодня я вижу две самые главные опасности для журналистики в Украине: то, что сотрудники многих СМИ склонны на многое закрывать глаза и участвовать в олигархических войнах только лишь потому, что собственники их СМИ проявляют патриотическую позицию в отношении российско-украинского конфликта. И  то, что собственники / менеджеры СМИ научились «покупать» журналистов преференциями: кому-то дать возможность съездить в зону АТО за классным репортажем, кого-то — послать в интересную командировку, кому-то помочь в издании его книги и так далее… То есть идет повторение процесса 2002–2004 годов, когда на журналистов не давят грубо, не увольняют, а «давят» патриотизмом и покупают расширением профессиональных возможностей. Но особенно опасно, что порой сложно вовремя увидеть момент, когда маленький компромисс, на который — да, можно пойти, незаметно перерастает в большой, угрожающий обществу тотальным искажением действительности. Такое мы видели во время Майдана: когда маленькие компромиссы отдельных журналистов выливались на некоторых каналах в масштабное искажение реальности. Мы, увы, не выработали противоядия этому.

О «Детекторе медиа» и общественной организации «Телекритика»

После ухода из холдинга «1+1» нас полностью финансируют западные доноры. Вся редакция «Телекритики» будет работать в новом проекте. Холдинг «1+1», в составе которого мы находились, выплатил нам компенсацию за два месяца наперед, так что пока ньюзрум нам легче «прокормить». Весной мы надеемся получить большой грант от шведской организации СИДА, чтобы сохранить свой коллектив и работать над новым проектом. Для этого нам сейчас нужно выполнить ряд жестких рекомендаций по организационному развитию общественной организации «Телекритика», пройти еще два международных аудита (один мы уже проходим в данный момент) и новый портал запустить в течение трех месяцев.

Мы уже придумали концепцию нового портала. Пару недель думали над названием, перебирали варианты. В финал вышли два — «Медиахард» и «Детектор медиа». Первый разделил редакцию — у одних вызывал восторг, у других резкое неприятие. Второй вариант оказался более приемлемым для всех, на нем в итоге и остановились.

Сейчас мы заканчиваем работу над адаптивным дизайном «Детектора медиа», программисты уже работают над движком, и к концу января мы запустим бета-версию сайта.

Заниматься будем примерно тем же, чем ранее занимались и в «Телекритике». Имеем на это право, ведь мы создали этот проект и не собираемся отказываться от идеи, которая принадлежит нам. Однако сейчас у нас не хватит денег на то, чтобы повторить размах «Телекритики». В своё время проект разросся до невероятных масштабов. В «Детекторе медиа» мы тематически несколько сузимся, однако тому, что когда-то публиковалось в рубрике «Курилка “Телекритики”» — прообразе «Дуси» — место останется. Но без шоу-биза, конечно.

Мне хотелось бы, чтоб новые журналисты пробовали себя в медикаритике. Не важно, сколько вам лет. Журналистика — в первую очередь талант. Если у вас есть талант, всему остальному можно научиться.

И самый важный совет напоследок — всегда быть готовыми признавать свои ошибки :) Для критика это очень важно.

Фото Александры Черновой и Петра Ткачишина

comments powered by Disqus