Пропаганда в обычной и гибридной войне
Гибридная война направлена на дестабилизацию атакуемой страны, для чего начинает поддерживать имеющиеся там контртренды в виде людей, идей и СМИ, которые могут помочь в деле делегитимизации власти и государства. Гибридная война осуществляет военные шаги, однако пропагандистская война направлена на то, чтобы доказывать обратное, что никакой войны нет и в помине.
Пропаганда в непропагандистских форматах
Пропаганда каждый раз оказывается сильнее человека, так как она все время работает с подобными «неопровергаемыми» сущностями, например, мифами. К тому же, пропаганда блокирует любые другие источники информации, так что альтернативные представления не попадают в массовое сознание.
Управление восприятием с помощью новостей
Самым известным методом управления массовым сознанием с помощью медиа является информационная повестка дня. Она состоит в удержании в информационном пространстве нужных тем, событий и интерпретаций. Читатель / зритель не интересуется событием, которое стоит за пределами 5–10 самых обсуждаемых.
Ловушки сознания
Украина и Россия, получив на вооружение разные мифологические системы вместо единой советской теперь легко могут отсеивать чужие новости как недостоверные, поскольку новости всегда соответствуют именно собственной модели мира, собственному мифу. Если это не так, то они отвергаются массовым сознанием как недостоверные.
Возвращение фигур Сталина и Гитлера в современность: массовая культура как пропаганда
Даже юмористическое появление Гитлера уже работает на нормализацию этого образа. Даже отдельный элемент типа усов Гитлера или усов Сталина в карикатуре могут активировать совершенно иное понимание, чем то, которое было записано в памяти людей, которые были сами непосредственными участниками исторических событий.
Пропагандистские интервенции как малые воздействия на большие системы
Пропаганда стала сильнее, чем раньше, поскольку старая тоталитарная пропаганда действовала в режиме монолога, когда все альтернативное было подавлено. Нынешняя пропаганда действует в режиме диалога, ее фоном является разнообразие мнений, которое она пытается заменить одним-единственным. И она научилась побеждать в таких неоднозначных для нее условиях.
Возвращение блудного сына, или Повторный приход эпохи устности
Уход от печатного текста в сторону визуальности одновременно стал уходом и в сторону устности. Вспомним даже простую разницу в говорении с экрана и написании текстов. Телевизионные предложения короче, в них не бывает непонятных слов, идет многократное повторение, которое к тому же иллюстрируется кадрами.
Интернет и социальные медиа создали принципиально однородную коммуникативную среду
Социальные сети, обеспечив каждому право голоса, все же не дали ничего, кроме права на «крик» — так мы обозначим этот возможный «голос в пустыне» в комментариях. При этом прокричать может каждый, но услышать могут только избранных.
Новые возможности для пропагандистских коммуникаций
Современный мир попытался забыть пропаганду. Эта мотивация пришла из политики. На Западе пропаганду жестко приписали к двум тоталитарным государствам — довоенным Германии и России. Поэтому пришлось придумывать новое обозначение: теперь это «стратегические коммуникации», «операции влияния» и «стратегический нарратив».
Новая коммуникативная среда выборов и big data
Выборы Дональда Трампа стали ярким примером выхода на арену новой движущей силы выборов — социальных сетей. Это, вероятно, создало неясности с прогнозом и социологией традиционного типа, которые как бы упрямо не замечали прихода Трампа. Весь мир удивился результату, кроме тех, кто работал в выборах на него самого.

Автори

К
С